Главная / Статьи / Культура / Белорусские фольклористы взялись за изучение локальных традиций

Белорусские фольклористы взялись за изучение локальных традиций

Отечественные фольклористы начали работу над созданием этнолингвистического атласа Беларуси, на котором будут обозначены места локализации наиболее интересных народных традиций, ритуалов, обрядов, песенно-сказочной культуры.

– Если раньше акцент делался на изучении общих этнических традиций, которые отличают белорусский фольклор от фольклора соседних народов, то сейчас мы все свое внимание сосредоточили на изучении и фиксации локальных традиций, – поясняет особенность нового проекта доктор филологических наук, заведующий отделом фольклористики Центра исследований белорусской культуры, языка и литературы Национальной академии наук Беларуси Татьяна Васильевна ВОЛОДИНА. – Например, когда речь шла о Купальской или Колядной традициях, мы описывали ритуалы и верования, существующие по всей Беларуси, делая упор на большие ареалы и не ставя целью обозначить локальные особенности.

Традиционно у нас выделяется 6 больших ареалов: Поднепровье, Подвинье, Понеманье, Восточное Полесье, Западное Полесье, Центральная Беларусь. И мы искали особенности этих этнографических зон. Но в границах этих зон, как показывают экспедиции, существует своя локальная культура. В Беларуси есть такие мини-ареалы на уровне соседних деревень (не говоря уже о соседних районах), которые заметно отличаются набором особенностей и в песенной, и в обрядовой культуре.

Мы все внимательнее присматриваемся к присвяткам, демонологическим представлениям, этномедицинским практикам, сюжетам народной прозы.

– То есть западные и восточные белорусы, встретившись, могли и не понять друг друга?

– Понять-то понимали, а вот удивиться обычаям соседей вполне могли. Скажем, представление о домовом. Вера в этого персонажа фиксируется по всей Беларуси, но представления о нем очень непохожи в разных регионах страны. На востоке Беларуси домовой – это абсолютно позитивный дух, хранитель дома, тот, к кому обращались за помощью, который виртуально участвовал во всех ритуалах жизненного цикла. С перемещением на юг и на запад его опекунские характеристики все больше слабеют. И на западном Полесье домовой – это уже нечистый дух, нечистая сила, которую лучше избегать, встреча с которой грозит неприятностями. Существует целый ряд локальных персонажей, которых знают в одном месте Беларуси и о которых никогда не слышали в других уголках. В Витебском, Городокском, Лиозненском районах, например, верят в лизуна, духа с длинным шершавым языком, которым пугали детей, чтобы они не смотрели в колодец, а то лизнет языком и залижет до крови. В соседних районах о таком фольклорном персонаже никто не имеет представления. Или вот еще такой пример. В Беларуси очень распространено поверье, как Бог поручил человеку мешок с ужами, жабами и другой нечистью, который он должен был отнести и бросить в болото. Но любопытный человек развязал мешок, и все эти твари расползлись по миру. За это Бог превратил человека в аиста, который должен собирать лягушек и ужей. Этот сюжет в разных областях Беларуси имеет свои особенности. В некоторых местах говорят, что задок у аиста черный потому, что его набили головешкой за ослушание. На востоке Беларуси искренне верят, что аист приносит головешку на крышу дома того обидчика, который разорил его гнездо. На Западном Полесье аистов традиционно называют собственными мужскими именами (например, Иван), помня об их человеческом прошлом.

– Татьяна Васильевна, имеют ли ваши исследования, помимо сугубо научного, практический аспект?

– Практический аспект заключается в возрождении традиционной культуры. Я считаю неверной и нежелательной такую практику, когда работники культуры начинают будто бы возрождать народные традиции, которых на самом деле на этой территории никогда не существовало. Ведь на каждой территории можно отыскать какие-то свои оригинальные обычаи, которые соблюдали наши предки на протяжении веков и которые заслуживают сохранения и популяризации. Кроме того, возможность взглянуть на аутентичный, нигде больше не существующий ритуал, безусловно, способствует привлечению людей в данную местность, развитию экотуризма. Например, в Березинском районе есть такой локальный обряд, как «Провады Каляды да дуба», который имеет статус нематериального культурного наследия. Заключается он в том, что в последний день Коляд изготавливали материальное воплощение Коляды: куклу или горшочек с кутьей, или использовали борону (в каждой деревне это опять же было по-своему), несли через всю деревню и затаскивали на веревках на дуб, где и оставляли.

– Приходится ли вам во время своих экспедиций открывать что-то новое для себя? Или все-таки наша достаточно маленькая страна хорошо изучена фольклористами?

– Что-то новое для себя я обнаруживаю в экспедициях постоянно. Так, на протяжении многих лет изучала народную медицину. Но только в этом году записала сведения о недуге, о котором прежде в Беларуси нигде не встречала упоминаний. В Березинском районе Минской области мне рассказали о супорах – детском заболевании (оно проявляется в повышенной температуре, капризах, бессоннице), возникающем в тех случаях, когда мать держит ребенка на руках и при этом с кем-то из членов семьи ссорится.

– Можно ли называть какие-то регионы Беларуси богатыми в фольклорном отношении, а какие-то бедными и зависит ли это от степени урбанизации региона, и наоборот, его удаленности от цивилизации и урбанизированных территорий?

– Нет, я бы не стала так говорить. В недавно увидевшей свет антологии «Традыцыйная мастацкая культура беларусаў. Цэнтральная Беларусь» Минщина несмотря на свое центральное расположение и, казалось бы, высокую степень урбанизации, обладает на самом деле исключительным богатством традиций. Причем это зона, где пересекались северные и южные фольклорные традиции, и это проявилось в очень интересных формах, которые нигде больше в Беларуси не встречаются. Дело другое, что в живом использовании архаическая культура все-таки лучше сохранилась на Полесье. Конечно, носителями классических фольклорных образцов являются в основном пожилые люди, и, как правило, женщины. Но говорить о полном вымирании народных традиций я бы не стала, потому что все-таки есть примеры их развития.

– Когда можно ожидать появления этнолингвистического атласа?

– Пока сроки не называются. Мы собираем базу данных и ищем программистов для сотрудничества, которые помогли бы нам справиться с технической стороной нашего проекта.

 

Ольга ПОКЛОНСКАЯ

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*