Главная / Статьи / Архивариус / Любовь классика

Любовь классика

3 ноября исполняется 130 лет со дня рождения народного поэта Беларуси Якуба Коласа. У многих это имя в первую очередь ассоциируется с массивным памятником на широкой столичной площади, с названием станции метро… Быть может, потому, что школьников, как правило, знакомят с программными произведениями поэта, забывая рассказать о Коласе-человеке.

Не дождалась из тюрьмы

Для современников «дядька Якуб» был личностью яркой и колоритной. Маститый литератор, академик никак не желал «бронзоветь» – он вел обширную переписку, его дом посещали многочисленные визитеры из самых разных слоев общества. Некоторые встречи оставляли глубокий след в душе классика.

Из письма Коласа от 10 августа 1954 года: «Сегодня ко мне пришла одна женщина. Я попросил войти. Вошла старушка, вошла и сказала: «Я только посмотрю на вас и уйду. Узнаете меня?» …Я действительно узнал. Накануне Нового, 1908 года мы ездили с ней в тогдашний Петербург. Ходили по театрам и музеям. Потом она изредка навещала меня в тюрьме. В одно из посещений сказала: «Знаете, Якуб! Я выхожу замуж…» Больно было слышать эти слова. Сейчас она была очень взволнована и скоро ушла, а я не догадался задержать ее, поговорить».

Так на закате жизни писатель встретился со своей первой любовью – Александрой Зотовой. А ведь их роман вполне мог закончиться свадьбой. Но вышло так, что в сентябре 1908 года Коласа осудили за участие в нелегальном учительском съезде на три года тюрьмы.

Тайные стихи

В 1912-м бывший «политический» получил официальное свидетельство о благонадежности и снова начал преподавать. Работал в Пинске, в 3-м городском училище, жил на тихой Водопроводной улице в доме фельдшера. Здесь сдавалось внаем несколько комнат. Соседкой оказалась молоденькая учительница Мария Дмитриевна. Так Колас познакомился со своей будущей женой.

Позднее он рассказывал: «Хорошо было бы взглянуть на все, что я писал тогда ей и про нее. Я стеснялся тех стихов… В печать, конечно, ничего не отдавал, неудобно отнимать время у людей на свое, что только мне принадлежало. Я не понимал, как можно отважиться печатать стихи про любовь? Если ты ее выдумываешь, то не стоит публиковать неправду. А если пишешь о том, что есть, как тогда, вывернув наружу все известное одному тебе и твоему дорогому человеку, поглядеть ему в глаза? Тебе доверен секрет, ты вошел как будто с кем-то в заговор и вдруг расплескал сокровенное, да еще и подписался».

Свадьбу сыграли в июне 1913 года. Первенец, Даниил, родился в сентябре 1914 года, второй сын, Юрий, – в мае 1917-го.

Белорусский Гомер

Гражданская война забросила супругов в российский городок Обаянь. Они учительствовали в окрестных деревнях. Жилось трудно, голодно. В 1921 году правительство БССР помогло семье писателя приехать на родину. На минском вокзале была устроена торжественная встреча. Только здесь поэт понял, насколько велика его популярность. Она стала воистину всенародной после выхода в свет в 1923 году поэмы «Новая зямля» – у белорусов появилась своя «Одиссея», национальный эпос.

В 1926 году случились два знаменательных события: рождение сына Михаила и присвоение звания народного поэта. Наконец-то появилась возможность оставить надоевшую коммуналку. Выбрали участок для строительства дома в Войсковом переулке. Новоселье справили в 1927 году. Двухэтажный деревянный дом принял шумное семейство. Каждый, кто приходил в гости, отмечал особенный уют, царящий здесь. Мария Дмитриевна была замечательной хозяйкой, вкусно готовила. Дети росли в атмосфере добра и любви. Родители никогда не ссорились.

Чист перед женой

14 счастливых лет супруги прожили в своем светлом доме. В первые дни войны он сгорел. Буквально чудом семья выбралась из пылающего города. (Сегодня на месте дома Коласа вертятся карусели – в 1950-е годы часть переулка присоединили к парку Горького.)

Годы эвакуации прошли в тревоге: в июне 1941-го Юрий ушел на фронт, с сентября вестей от него не было. Пока продолжалась война, оставалась надежда, что он мог попасть к партизанам. Не сбылось. Все это время Мария Дмитриевна тяжело болела. Ее не стало в мае 1945 года. Вдовец так и не смирился с утратой. В декабре 1950-го он писал товарищу: «…Жена была самым лучшим другом моим. Такие женщины, как она, попадаются не чаще, чем одна на 10 000. На моем пути встречалось много красивых девчат и молодиц. Многими из них я глубоко увлекался, но перед Марией Дмитриевной был чист».

Уникальный снимок

Такое чувство способно создать рай в любом шалаше. Семья народного поэта обходилась без персональной дачи. Каждое лето снимали комнату в обычном крестьянском доме. В 1922 году – в фольварке Сёмково под Минском. Там классик провел свой первый полноценный отпуск.

Несколько лет назад в фондах Национальной библиотеки Беларуси мне посчастливилось выявить неизвестный прежде семковский снимок Коласа. Причем с его автографом! В аннотации значилось место съемки, но долгие десятилетия фотография оставалась «безымянной». Коласоведение – наука интересная, думается, открытий в ней хватит надолго.

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*